Call-центр:

1408+7 800 080 18 90

 
Городской тел.:

+7 (727) 244 55 66

Система дистанционного обучения предпринимателей

Время дискуссий и критики прошло

/Асет Исекешев/

— Еще в прошлом году вы заявляли, что в индустриальной сфере после оптимизации программ развития останется одна ключевая и ряд дополнительных. Удалось ли сделать это?

— Хочу напомнить, что в начале текущего года глава государства утвердил Стратегию развития страны до 2020 года и чуть позднее — Программу форсированного индустриально-инновационного развития как ее составную часть. Эта программа и является ключевым документом в экономической сфере.

— Насколько реально эта программа повлияет на процессы диверсификации экономики? И есть ли особый смысл в названии?

— Перед тем как утвердить программу, глава государства провел три совещания с предпринимателями, акимами и представителями финансового сектора. Тогда он заявил о введении жесткого контроля по всем вопросам реализации программы. И благодаря этому уже происходят позитивные сдвиги. Запущены все механизмы реализации программы, в том числе — и, наверное, это самое главное — на уровне регионов.

Задачи, поставленные президентом страны, действительно масштабны, поскольку направлены на достижение сразу трех задач: индустриализацию, форсированную индустриализацию, позволяющую сделать ощутимый рывок на перспективу всего дальнейшего развития Казахстана, и инновационную индустриализацию. Речь идет о новом экономическом мышлении, при котором вопросы производительности и новых технологий выходят на первый план.

Во многих странах процесс индустриализации проходил в несколько этапов, но нам предстоит решить все эти три задачи в течение ближайшей пятилетки. Поэтому глава государства поставил задачи мобилизации всех ресурсов, обеспечения четкой координации деятельности центра и регионов, выхода на новый уровень взаимодействия государства и бизнеса. Те предприниматели, которые на своих производствах будут придерживаться изложенных в программе принципов, то есть станут уделять пристальное внимание повышению производительности труда и высокой добавленной стоимости, по праву станут героями нашего времени. Со своей стороны государство будет принимать все необходимые меры поддержки: финансирование, субсидирование процентной ставки, решение кадровых вопросов, подведение инфраструктуры и другие инструменты.

— Есть еще и отраслевые программы, которые планируется утвердить в ближайшее время…

— Да, в ближайшее время будут утверждены программы развития приоритетных отраслей экономики, в которых будут четко обозначены все цели, задачи и ключевые проекты. Параллельно будут разработаны пятилетние программы развития регионов, а также нацкомпаний и госхолдингов. И очень важно, чтобы все они были взаимосвязаны между собой.

На всех уровнях реализации предусматривается программно-целевой метод, приведение всех мероприятий к единому формату, наличие одного ответственного за каждую программу и создание «сквозной» системы мониторинга; особое внимание будет уделено контролю за расходованием государственных средств.

Сегодня мы уже утвердили республиканскую «Карту индустриализации» и План мероприятий — единый план действий правительства по запуску и достижению основных целей госпрограммы, а карта — это, по сути, основной инструмент и индикатор реализации Программы форсированного индустриально-инновационного развития.

— Уже не впервые объявляется инициатива государства по диверсификации экономики. Как вы думаете, почему эта программа будет успешнее предыдущих? Ведь на первый взгляд кажется, что изменилась только «обертка», а суть «конфеты» осталась та же...

— Не могу согласиться с тем, что предыдущие программы можно считать «провальными». Как раз наоборот, без них Программа форсированного индустриально-инновационного развития была бы невозможна. Просто всему свое время — любой плод должен вызреть! Первым и самым мощным толчком стала Стратегия индустриально-инновационного развития, чей пик активности пришелся на 2003–2005 годы. Она заложила основы для нынешней продуктивной работы, стала фундаментом, на котором формировалось новое экономическое мышление. Ведь до этого, как вы помните, на повестке дня стоял вопрос в основном о стабилизации макроэкономической ситуации, о системном же развитии реального сектора никто не говорил, не было никаких конкретных мер поддержки.

В рамках прежних программ — Стратегии индустриализации, программы «30 корпоративных лидеров» и других — правительством проведены серьезные исследования конкурентоспособных секторов экономики, начали разрабатываться мастер-планы, созданы институты развития, появились первые проекты в индустриальной сфере с элементами инноваций. Несомненно, инициативы тех лет сыграли важную роль. Главное — была создана законодательная и институциональная инфраструктура, впервые появились конкретные инструменты поддержки реального сектора, начался диалог государства и частного сектора.

— И, тем не менее, не все поставленные цели были реализованы. Взять, к примеру, кластерную инициативу…

— Как бы ни порицали программу кластерного развития, эта модель по-прежнему остается одной из самых эффективных для развития малого и среднего бизнеса. Не случайно в 2005 году уже после первых месяцев работы бизнес поверил в нее и активно включился в ее реализацию. Это можно увидеть в таких отраслях, как туризм, агробизнес, транспорт и логистика. Но, как это ни парадоксально звучит, к ней оказался не готов госаппарат, как в отраслевых министерствах, так и в регионах, еще не привыкший воспринимать свою работу как сферу оказания государственных услуг и оперативно реагировать на запросы рынка, вести реальный диалог с бизнесом.

Именно поэтому в прошлом году на 12-м внеочередном съезде НДП «Нур Отан» глава государства объявил о необходимости индустриального инновационного рывка. Вслед за этим Администрация Президента совместно с правительством провела системный анализ причин, препятствующих индустриализации. Они известны, среди них есть объективные и субъективные. Вы сами прекрасно знаете, что в 2006–2007 годах бизнес не был заинтересован вкладывать капитал в несырьевой сектор. Инвестиции в строительство, землю и недропользование окупались быстрее. Вложив деньги в нефтяное месторождение или в недвижимость, можно было уже через год получить стопроцентную прибыль. Если есть такая возможность, почему бы ею не воспользоваться? Тем более что строительство завода упиралось в проблему получения разрешительных лицензий, отвода земли, подведения коммуникаций, поиска кадров. И еще вопрос: прокредитует ли банк проект, который даст плоды через несколько лет? Словом, сама экономическая модель не стимулировала к инвестициям в производство продукции с высокой добавленной стоимостью, и крупные игроки на рынке тоже не были в этом заинтересованы.

Учитывая создавшуюся ситуацию, глава государства поручил разработать новые подходы диверсификации экономики, которые должны были создать приоритетные условия для промышленности и инноваций. Поэтому нынешняя программа — это не новая «обертка», а полная «перезагрузка» всей экономической политики. Нужна была встряска, которая побудила бы всех нас стать эффективнее своих конкурентов.

— Но где гарантия, что инициативы правительства выдержат сопротивление аппарата?

— В самой программе заложены элементы, препятствующие ее превращению в бюрократическую кампанию.

Хотел бы подчеркнуть, что сейчас главное для регионов — в первую очередь запустить конкретные проекты, указанные в «Карте индустриализации». По всем проектам ведется жесткий мониторинг. Но кроме этого критически важно разработать региональные программы развития с четким пониманием индустриально-инновационного развития в каждой области, определиться с нишами, которые они собираются развивать. Понятно, что невозможно объять необъятное и развивать все подряд. Должна быть регионально-отраслевая специализация. Должны быть определены развивающиеся базовые отрасли. Отсюда придет понимание того, как развивать инфраструктуру в области, появятся ниши и потенциальные проекты для инвесторов, для малого и среднего бизнеса. Надо все четко взвесить.

При этом упор нужно делать на экономическую целесообразность, детализацию по всем направлениям. Например, по сельскому хозяйству, где намечено развитие ряда приоритетных направлений: мясо, молоко, овощи, фрукты и пр. Началась практическая работа в ряде регионов. Например, в Алматинской области Минсельхоз с акиматом разрабатывают план, где все расписано: как и где будет располагаться каждый элемент, где будет находиться производство, откуда возьмут кадры, кто будет строить дороги и прочее. Теперь необходимо это проработать с бизнесом, потому что важно не только создание инфраструктуры, а ее качественные характеристики. Нужно, чтобы она была удобной для бизнеса, тогда придут инвесторы и область получит налоги и рабочие места.

Желательно избегать зацикленности, четко понимая экономические последствия принятых решений. Важно понимать, что хаотичный набор проектов не нужен, необходим своего рода «слоеный пирог». Возьмем мясокомбинат — хорошее направление, особенно в рамках соглашений Таможенного союза! Но чтобы его построить, нужны огромные откормочные площадки. Следовательно, нужно понять, где их лучше ставить, в каком районе. Нужно продумать вопрос о кормовой базе для скота, а значит, выявить, что в этом районе хорошо растет. Кроме того, нужно разобраться с тем, какие породы эффективнее выращивать. Далее — где хранить корма, как их заготавливать и подвозить, где будут располагаться механизированные станции, техобслуживание… Где и как будут готовиться кадры? Только после детального изучения этих вопросов акимат и все министерства достигнут четкого понимания, что им делать. Очень важно это сделать и в металлургии, машиностроении и т.д. Разумеется, не обойтись и без схемы рационального размещения производительных сил.

Именно поэтому сейчас отраслевые группы специалистов и экспертов, сформированные из представителей бизнес-ассоциаций, экономистов, ученых, объезжают все области Казахстана. Их задача — оценить реальные возможности, согласовать усилия, связать в конкретных регионах отраслевые приоритеты, определить ключевые проекты и проработать необходимые меры ресурсной поддержки, то есть увязать все элементы в единое целое!

— Существуют ли какие-то показатели исполнения программы по количеству сданных в эксплуатацию объектов? Скажем, в этом году сдали 144, в следующем — 100…

— Дело не в количестве, а в качестве. Главное, чтобы будущие предприятия отвечали поставленным требованиям. К их числу относятся экспортная ориентированность, высокая производительность, ориентация на производство продукции с высокой добавленной стоимостью, инновационность, выражающаяся в низкой энергоемкости, экологичности и в прочих критериях. При этом контроль со стороны правительства будет жестким. Ввод объекта в эксплуатацию еще ничего не гарантирует. Будет отслеживаться судьба проекта вплоть до его выхода на полную проектную мощность.

Как я уже сказал, основным инструментом и одновременно индикатором динамики реализации программы является «Карта индустриализации». Она состоит из республиканской и региональных карт. Республиканская уже утверждена. В нее включен 101 проект стоимостью около 6,8 трлн. тенге. В региональных рассматривается 136 проектов на 490 млрд тенге. Но главная цифра на этот год — 144. Именно такое количество индустриальных и инфраструктурных объектов нам предстоит завершить в текущем году. Кроме того, в этом году начнется строительство 47 объектов, по которым ведется еженедельный мониторинг.

— А что такое функциональные программы?

— Это программы, включающие в себя так называемые «поддерживающие» политики: обеспечение кадрами, электроэнергетикой, развитие конкуренции, развитие малого и среднего бизнеса, поддержка инноваторов и экспортеров.

Возьмем, к примеру, обеспечение кадрами. Понятно, что реализация столь масштабных проектов потребует армии инженеров и квалифицированных рабочих. И хотя это прямая задача Министерства труда и Министерства образования, в эту работу должны включиться все стороны — и акиматы, и бизнес. Общими усилиями они должны просчитать потребность в трудовых ресурсах, учитывая все, вплоть до специализации рабочих.

Программа технологической модернизации и инноваций направлена на обновление технической оснащенности предприятий. Президент, как вы помните, категорически запретил ввозить старое оборудование. Наша задача — тщательно отслеживать, что это за технологии, какова их производительность, эффективность.

Третье — программа поддержки экспорта. Раньше мы не верили, что Казахстан может экспортировать что-то, кроме сырья. А в этом году мы даже расширили количество грантов для поддержки экспорта, благодаря чему наши фармацевты, машиностроители, текстильные предприятия увеличили объемы и расширили географию поставок своей продукции за рубеж. И это только начало — мы будем пестовать и за государственный счет продвигать казахстанский экспорт. Никогда прежде государство не имело такого набора различных мер поддержки малого и среднего бизнеса, инноваторов и реального сектора в целом. Главное теперь — обеспечить эффективность их применения. И здесь государство намерено держать этот вопрос в поле пристального внимания. Только по «Дорожной карте бизнеса-2020» премьер-министр провел ряд совещаний с банками и бизнесом. Есть договоренность через некоторое время провести анализ эффективности инструментов и, в случае необходимости, скорректировать механизмы их применения.

— Не слишком ли амбициозны задачи, поставленные программой? Читаешь ее текст как фантастический роман…

— Все основано на трезвом расчете. Например, рост ВВП на 50 процентов вполне реален. Ключевые программы и проекты детально проработаны и экономически обоснованы.

С обеспечением высокой производительности труда — вопрос более сложный и комплексный. Так, по машиностроению в Америке и Японии производительность труда составляет 300 тыс. долларов США на человека, в Европе — 250 тыс., в Китае — 150 тыс. У нас эти показатели намного скромнее, и нужно серьезно этим заняться. Стремление нашего бизнеса к росту производительности государство будет всецело поощрять — грантами, госзаказами, другими мерами поддержки. Есть ряд отличных примеров — например, завод в Павлодаре, который выпускает бесшовные трубы высочайшего качества, постоянно работает над повышением эффективности, качеством и производительностью. Освоив площадку бывшего Павлодарского тракторного завода, предприятие эффективно выстроило все производственные процессы, наладило высокоэффективный менеджмент и стало экспортировать трубы в страны СНГ. Сейчас планируют выйти на рынки дальнего зарубежья, расширив производство с 60 тыс. тонн до 370 тыс.

— И всего этого можно добиться инновациями «местного разлива»?

— Сейчас правительство работает над созданием национальной инновационной системы, идет серьезное обсуждение дальнейших путей развития науки в стране и комплекса мер поддержки инноваторов. Соответствующие программы и законодательные акты в работе.

Если говорить об инновациях в целом, то не будем забывать, что у нас практически стопроцентно образованное население. Каждый четвертый житель Казахстана имеет диплом о высшем техническом образовании. Да, по качеству образования есть вопросы, но, тем не менее, на международных олимпиадах по физике, химии, математике наши школьники и студенты всегда в призерах! Мы входим в пятерку стран по числу образованных людей на душу населения. Это же огромный потенциал! И, поверьте, как только предприятия начнут больше внимания уделять научно-технологическим вопросам, наши инженеры и изобретатели начнут искать технические решения, необходимые для наших производств, сядут за чертежи и микросхемы, мы тут же соберем небывалый урожай новых идей и решений! Но сразу стать «крутыми новаторами» очень сложно. Здесь нужны этапность и прагматичный подход.

Поэтому государство будет поддерживать в первую очередь технологическую модернизацию в приоритетных отраслях, чтобы повысить уровень производительности, энергоэффективности как в каждой конкретной отрасли, так и на конкретных предприятиях.

В то же время необходимо селективно поддерживать предприятия, предлагающие проекты в так называемых секторах будущего, то есть в тех сферах промышленности, которые будут доминировать в мировой экономике уже через 15–20 лет. Это отрасли биотехнологий, нанотехнологий, инфокоммуникационных технологий, без которых, я уверен, инновационное развитие невозможно. Мы понимаем, что трудно ожидать немедленной отдачи. Но очень важно активно двигаться в этом направлении. Напомню, глава государства, объявляя эту программу, говорил именно об инновационной индустриализации.

— Пойдут ли навстречу инициативам государства недропользователи, и в частности горно-металлургические предприятия? Насколько они готовы к внедрению инноваций и повышению производительности?

— Всегда есть цивилизованные способы дискуссии и диалога. Тем более инновации и рост производительности ведут к повышению конкурентоспособности предприятий. Мы должны стимулировать не вывоз руды и концентратов, а производство продукции высоких переделов — металлов, сплавов, металлопроката. Конечно, исходя из экономической эффективности. То же самое — в химии и нефтехимии. Будет налажена глубокая переработка нефти и газа, появятся предприятия по производству удобрений. Здесь у нас тоже есть конкретные проекты, и работа по ним продвигается. Кроме того, с недропользователями мы работаем в направлении развития казахстанского содержания. Необходимо вокруг каждого месторождения, крупного реализуемого проекта выстроить пояс предприятий малого и среднего бизнеса, то есть казахстанских поставщиков. Только в этом случае отраслевые проекты станут «локомотивами» развития бизнеса.

— Как вы думаете, отечественный бизнес готов участвовать в программе индустриализации?

— Думаю, что сейчас многие, особенно после кризиса, серьезно размышляют о дальнейшем развитии своего дела. Но мы видим, что с каждым днем все больше бизнесменов приходят к пониманию того, что программа индустриализации дает им серьезный шанс и огромные возможности. Число бизнесменов, выдвигающих новые инициативы, в несколько раз больше, чем это было даже в прошлом году. Особенно много приезжает иностранных предпринимателей, приглядывающих в нашей стране объекты инвестирования своих капиталов. Есть еще один показатель активности интереса бизнеса к программе. В 2003 году, когда была впервые утверждена Стратегия индустриально-инновационного развития, стоимость самых крупных проектов, предлагаемых отечественными предприятиями, не превышала двух-трех миллионов долларов. Тогда это считалось крупными проектами. А сейчас сотни предпринимателей, заявляя свои проекты, оперируют суммами в десятки миллионов долларов. Это говорит о том, что в Казахстане появились сотни бизнес-групп, которые за время независимости страны выросли и оперились, получили опыт и практические навыки работы на рынке. И это тоже результат политики президента. Неслучайно глава государства, выступая на недавней встрече с предпринимателями, поставил задачу обеспечить благоприятный и безопасный деловой климат и объявил Программу президентской защиты бизнеса.

Но и государство ожидает от бизнеса качественных изменений: новых подходов к менеджменту на производстве, внедрения элементов «бережливого производства», реинвестирования прибыли в инновации, прозрачности и социальной ответственности, устойчивого роста стоимости бизнеса против вымывания наличности из проектов и других.

Для успешной реализации Программы форсированного индустриально-инновационного развития страны, для решения поставленных президентом задач предстоит громадная работа, основная часть которой будет выполняться в регионах. Время дискуссий и критики уже прошло. Сейчас главное — мобилизация всех ресурсов, максимальная концентрация и самоотдача.